Блокадный дневник Лены Мухиной, 17-летней ленинградской школьницы, начинается ровно за месяц до войны — 22 мая 1941 года. Страшные события, описанные в нем, вместились всего в один год. «...Сохрани мою печальную историю...» — с этими словами обратилась к своему дневнику умирающая от дистрофии девочка.
Мы знаем «взрослые» свидетельства Ленинградской блокады: «Воспоминания» Д.С.Лихачева, «Записки блокадного человека» Л.Я.Гинзбург, «Блокадный дневник» Г.А.Князева, «Воспоминания о блокаде» В.М.Глинки и многие другие. Но «детских» свидетельств мало. По ошеломительности воздействия можно назвать одно: дневник Юры Рябинкина, приведенный «Блокадной книге» Д.Гранина и А.Адамовича.
И вот теперь — дневник Лены Мухиной. То, что он сохранился, — само по себе уже чудо. В 1962 году он попал в Ленинградский партийный архив (теперь Центральный государственный архив историко-политических документов Санкт-Петербурга) и хранится там по сей день.
В самое страшное, смертное время, когда стремительно рушились нормы морали, когда гибель близких стала обыденностью, Лена внимательно фиксирует приметы блокадного быта, пытается осмыслить свои поступки и душевные движения.
В начале блокадной зимы Лена мечтала написать вместе с подругой книгу, «которую хотелось бы прочесть, но которой, к сожалению, не существует». Эта книга — существует. И является свидетельством того, что в самое бесчеловечное время люди пытались сохранить свою человеческую сущность. Именно это сегодня дарит нам надежду. Дневник подготовлен к изданию сотрудниками Санкт-Петербургского института истории РАН. Помимо комментированного текста издание содержит вступительную статью Сергея Ярова, хронологию событий в Ленинграде в июне 1941-го — мае 1942 года и рассказ о том, как исследователям удалось восстановить биографию автора дневника.